[Начальная страница] [Карта сервера/Поиск] [Новости] [Форумы] [Книга гостей] [Публикации] [Пресс-служба] [Персоналии] [Актуальные темы]
Ведущая : Эвелина Геворкян
Григорий Явлинский в программе "Особое мнение"
"Эхо Москвы", 3 октября 2007 года   

Эвелина Геворкян: Здравствуйте. Я приветствую всех, кто слушает нас на радио «Эхо Москвы», смотрит на телеканале RTVi. Это программа «Особое мнение». Сегодня я общаюсь с лидером партии «Яблоко» Григорием Явлинским. Здравствуйте, Григорий Алексеевич.

Григорий Явлинский: Здравствуйте.

Эвелина Геворкян: Начну я с того, что процитирую и задам еще раз вопрос, который задавал Евгений Киселев в последнем номере журнала «Нью таймс»: участвовать в профанации (имеются в виду ближайшие выборы), значит быть - и далее были его рассуждения по поводу того, а стоит ли вообще партиям, у которых шансов пройти и победить на ближайших выборах очень мало вообще участвовать в этом. Тем самым быть декорацией в этих выборах. Как вы сами отвечаете для себя на этот вопрос?

Григорий Явлинский: Как вы думаете, когда Сахаров участвовал в совершенно коммунистическом съезде народных депутатов, где весь президиум составляло Политбюро, а весь зал 90% людей представляли собой послушно-агрессивное или агрессивно-послушное большинство. И, тем не менее, он считал необходимым выступать на этом съезде и доводить свою позицию и до людей и до мира. И бороться за свои убеждения. Высказывать эту позицию. Участвовать в этом. Хотя тогда вообще выборов не было никаких и надеяться, что в этом зале кто-нибудь согласится с ним, а его захлопывали, затопывали, не давали ему говорить, прерывали, гнали с трибуны. Имело это смысл? События показали, что это не просто имело смысл, это имело историческое значение. Или, например, российские, советские если хотите диссиденты. Они боролись против такой системы, которая была в советское время, коммунистическая система, которая была несопоставимо более жесткой, тоталитарной системой, жестокой системой. Они боролись.

Э. ГЕВОРКЯН - Может быть в той ситуации это диссидентство, борьба была более явной. Потому что конфронтация была. Все было понятно…

Григорий Явлинский: Сейчас, в общем, все совершенно понятно. Именно потому что все сейчас понятно, например, такие люди, которые тогда не сидели сложа руки, и не убегали из страны, такие как Сергей Адамович Ковалев, они и сегодня считают нужным участвовать и поэтому для нас очень большая честь, что Сергей Адамович Ковалев принял наше предложение и как член партии «Яблоко» согласился быть даже в тройке «Яблока». В этом мы видим очень большой смысл, кроме того, как же вы хотите изменить политическую систему реально сложившуюся в России, а мы хотим изменить и это наша главная задача, мы хотим сделать политическую систему в России такую, которая соответствовала бы, по крайней мере, российской Конституции, которая сегодня есть, чтобы соблюдались законы. Как же вы хотите думать даже о том, что это можно сделать, если вы не предлагаете гражданам проголосовать за это. Да, могут быть фальсификации документов и результатов. Но я хотел бы обратить ваше внимание, что фальсификация происходит с 1996 года. И профанация выборов началась в 1996 году, она не сейчас началась. Просто она сейчас достигла еще больших масштабов, идеологическая профанация, цензура достигла, невозможность участвовать в выборах маленьким партиям.

Эвелина Геворкян: Кстати, по поводу цензуры я обращусь к той же статье, Киселев задается вопросом: вдруг в последние дни вы появились на экранах Первого канала, Вести-24, также участвовали «К барьеру!» Сергей Иваненко. Не является ли это следствием того, что вас пустили. А пустить без ведома Кремля на экраны не могут.

Григорий Явлинский: Я думаю, что и «Эхо Москвы» работает с разрешения Кремля. Киселев пишет то, что он пишет тоже с разрешения Кремля, потому что тех, кого Кремль реально запрещает, те не пишут статьи…

Эвелина Геворкян: Я говорю про центральные каналы.

Григорий Явлинский: И те не сидят в высотном здании на Новом Арбате. Как вы знаете. И те, кого действительно хотят запретить, а их легко запрещают так, что они не задают таких вопросов и не ведут передачу по RTVi, и не выступают на «Эхо Москвы». Поэтому нужно понимать, что мы живем в авторитарном режиме, у которого есть самые разные особенности, которые реализуются в самом разном смысле. Особенности эти заключаются в том, что это режим не тоталитарный, и он пока еще является авторитарным режимом. У него есть еще возможности некоторые и зазоры. Вот так же как разрешается говорить много чего на «Эхо Москвы», Киселеву писать свои заметки.

Эвелина Геворкян: Надо заметить, на «Эхо Москвы» вы всегда могли приходить. А выступать по Первому каналу в последнее время наверное была уже редкость.

Григорий Явлинский: По Первому каналу я уже не выступал, наверное, несколько лет. Вот если уж говорить лично обо мне и Первом канале. Да, наверное, может быть, мы будем появляться, если разрешат нам появляться, мы будем появляться. Но мы будем появляться и говорить то, что мы находим нужным. И когда Сергей Иваненко выступал «К барьеру!» и когда ему удалось начистить физиономию своему оппоненту Владимиру Жириновскому, то это произошло просто, потому что зритель поддержал то, что делал Сергей Иваненко, то, что он говорил.

Эвелина Геворкян: У меня такой профессиональный интерес. Тогда не возникло у него как у участника вопросов к монтажу. Ничего не исказилось?

Григорий Явлинский: Да возникли, наверное, но что представляет собой такая передача. Это бой без правил. И когда идет бой без правил, он, вообще говоря, мало кому может понравиться. Но в боях без правил смысл имеет только победа. Вот победа достигнута, значит достигнута.

Эвелина Геворкян: Я на самом деле вполне понимаю логику, когда вы говорите, что важно продолжать свою деятельность и борьбу, даже если соперник играет, может быть не по тем же правилам, что и вы, хотя кто-то с этой логикой не очень согласен и, тем не менее, почему вы все равно не приняли, пусть Михаил Касьянов предлагал оппозиции бойкотировать эти выборы, не участвовать и тем самым это тоже было бы действие. Борьбой.

Григорий Явлинский: Нет, мы обсуждали эту проблему, на наш взгляд это не действия и не борьба. Это происходит у тех, кто не смог принять участие в этих выборах. Не смог создать партию или кого не пустили. У нас действительно очень реакционное законодательство. Но это значит бросить всех своих избирателей, не дать возможность никому проголосовать по совести. Это значит отказаться от возможности говорить то, что я вам сейчас говорю, просто отказаться от возможности заявить программу. Скажем, какие нужны законы для того, чтобы политическая система соответствовала реально Конституции, программу, чтобы создать для людей равные возможности. Программу, чтобы, в конце концов, в России была неприкосновенная частная собственность, чтобы была независимая судебная система. А кто должен с этим выходить все должны разбежаться и плакать по углам? Так это глупость или трусость, вот что на самом деле это такое. Можно бороться в меньшинстве и нужно бороться в меньшинстве. Так показывает вся история России. Бороться можно на том пятачке, который у вас остался. Вот такой остался пятачок, так нужно бороться.

Эвелина Геворкян: Но с другой стороны вы на этом пятачке вдесятером играете в классический футбол, а против вас тысячи или сто тысяч в американский.

Григорий Явлинский: Так и было с 1996 года. С 1996 года, когда Евгений Киселев продвигал Бориса Ельцина и занимался Борисом Ельциным, в 1996 году я участвовал в президентских выборах и против меня играли все. И у Бориса Ельцина были ворота 10 метров, а у меня они были 300 метров. Ну что же надо бороться и в таких условиях. Мы же видим, какие это условия. Да, это игра такая. Да, она без правил. Да, иногда нас заставляют действовать, в том числе жестко, резко. Как было в дебатах в том же «К барьеру!» в котором, кстати, Иваненко много раз принимал участие. И кстати очень часто побеждал. Но это борьба за наших избирателей, за их интересы. Пока она проходит в таких формах.

Эвелина Геворкян: А вот интересно, когда на прошлых выборах в ГД партия «Яблоко» не прошла, за эти годы, сколько сторонников или членов партии по вашей статистике ушло?

Григорий Явлинский: У нас партия же выросла, численность выросла. У нас была партия 50 тысяч человек, а сейчас у нас больше 60 тысяч человек.

Эвелина Геворкян: То есть оттого, что вы не представлены в парламенте, больше сторонников?

Григорий Явлинский: Да, у нас стало больше сторонников. Потому что граждане же видят, что это за парламент и знают, почему туда не прошли. Просто она несколько переконфигурировалась. У нас ушло несколько человек, для которых приоритетом является быть депутатами ГД. Скажем, Галина Петровна Хованская или Сергей Попов. Вот они приходят и говорят: я хочу быть депутатом ГД. Можете ли вы дать гарантии. Я вам очень просто отвечаю, и им отвечал: нет, не могу дать никаких вам лично гарантий, что вы будете депутатом. Они уходят в те партии, которые им обещают эти гарантии. Неизвестно, что из этого получится, но это их право, их воля. Но значительное число людей наоборот, приходят, потому что они приходят в партию, чтобы отстаивать свои взгляды.

Эвелина Геворкян: Но сегодня вы тоже не можете дать гарантии, что вы окажетесь в этом парламенте.

Григорий Явлинский: Так участвуют в выборах не только те люди, которые хотят каких-то гарантий. В выборах участвуют люди, которые хотят заявить о своей точке зрения на то, что происходит в стране, какие у страны перспективы, и как защищать интересы граждан и людей. В этом смысл выборов.

Эвелина Геворкян: Зачем заявлять, если ты реально потом не будешь принимать никакие законы, и реально что-то делать.

Григорий Явлинский: А вы слышали, что люди пишут книжки, например? Вот, например, человек пишет книжку о чем-нибудь, он же не старается быть депутатом. Он просто пишет книжку, а книжки, например, важно писать, потому что как у одного человека, спросили: зачем ты написал эту книгу. Он спросил: а там написана правда? Ему сказали: да, правда. – Вот затем я и написал. Правду говорить людям в огромной стране, особенно такой как Россия, нужно всегда и во всех формах.

Эвелина Геворкян: То есть у вас такая гуманитарная функция получается.

Григорий Явлинский: Нет, это и есть политика. Потому что политика, при которой весь разговор идет только о том, чтобы быть депутатом ГД, это совсем другое. Это можно придти, попроситься, и «Единая Россия» она, которая сейчас образовалась такая гигантская, она готова всех туда, кого захочет принять или как-то туда включить. Но это же не политика. Также было с Верховным советом СССР.

Эвелина Геворкян: Но с другой стороны они будут вам говорить: партия реальных дел.

Григорий Явлинский: Да, КПСС была партия реальных дел. Только кончилось это тем, что страна развалилась, и ее не стало. По вине КПСС. Ее не стало. Нашей с вами страны большой. Из-за них ее не стало. Вот вам и партия реальных дел. Что касается реальных дел, то о реальных делах нужно сказать следующее, реальные дела это дела граждан, это дела народа. Народ делает реальные дела, а не отдельные какие-то деятели, тем более деятели партии большинства. Вот я в этом убежден. Народ выигрывает войну, народ строит государство, народ для себя строит государство, для того чтобы оставить его своим детям. Это делает народ. А не отдельная партия, в которой даже если и миллион человек. Ну вот, например, сейчас мы открыли по стране 20 школ призывника, которые помогают семьям и ребятам идти в армию так, чтобы оставаться живыми и здоровыми. Вот Светлана Кузнецова, лидер фракции «Солдатских матерей» в «Яблоке» занимается этим делом ежедневно. Вот это и есть практические реальные дела.

Эвелина Геворкян: Помогаете узнать, где какие отсрочки…

Григорий Явлинский: Помогаем узнать все, кто имеет право на отсрочки, кто имеет право на специальные медицинские обследования. Каковы права призывников, когда их уже призвали. Каковы права родителей. Каждый, кто хочет знать свои права для того, чтобы быть реально гражданином своей страны и защищать свои интересы, он может работать в этих школах. 20 школ мы открыли по стране. Считаем, что это очень важно. Кстати любому, сейчас идет призыв, всякому, кому это интересно, можно позвонить по телефону 624-49-83. Пожалуйста, звоните и приходите.

Эвелина Геворкян: Сегодня только министр обороны Сердюков распространил информацию о том, что министерство готово к переходу с 1 января 2008 года на 12 месячный срок военной службы. Министерство делает все для того, чтобы как можно больше людей служило в армии, а получается, что ваша партия…

Григорий Явлинский: А наша партия выступает за профессиональную армию. У нас другая точка зрения на это. И мы не собираемся ничего бойкотировать, а мы собираемся свою точку зрения отстаивать и бороться за нее. Мы собираемся доказывать, что России сегодня нужна профессиональная армия. Армия людей, взрослых людей, которые там служат, получают большую заработную плату. Сегодня Россия легко может такую заработную плату, такое денежное содержание обеспечить. Мы считаем, что это и вопрос структуры вооруженных сил, что это и вопрос вооружений современных. Мы считаем, что это и вопрос социального обеспечения людей, которые служат в армии. Это огромная комплексная проблема. Не только вопрос призыва. Но и вопрос призыва. Мы считаем, что призывное рабство должно быть отменено в России.

Эвелина Геворкян: А этот год службы это разве не переход к той самой…

Григорий Явлинский: Нет, мы не считаем, что это правильный шаг. Мы считаем, что это шаг неправильный. Что переходить нужно не на год, увеличивая общее число служащих, а нужно переходить на профессиональную армию, иметь план четкий перехода.

Эвелина Геворкян: Кстати, по поводу вашей предвыборной программы на эти выборы. Потому что, что касается прошлых, то там один из основных лозунгов касался борьбы с ядерными отходами, и как некоторые считают, это была самая главная тема. А что сегодня. Мы поняли про армию. Какие еще есть основные козыри, которые вы хотите…

Григорий Явлинский: Пожалуйста. Вот у нас главная тема, главная наша тема это изменение политической системы и создание такой политической системы, которая соответствует российской Конституции сегодняшней действующей. А именно: разделение властей, независимый суд, независимый парламент, признание приоритета права гражданина на защиту. Государство обязано соблюдать права граждан. Обязано соблюдать права всех граждан, которые живут в России. Вот это первое и главное направление. Второе главное направление это сделать так, чтобы в России собственность была неприкосновенной. Чтобы все, что человек заработал, он мог передать в наследство, и чтобы человек был уверен в завтрашнем дне. Сегодня отъем собственности обычное дело. У кого угодно могут отнять в любой момент. Сегодня правилом жизни в России является случай и сила.

Эвелина Геворкян: Но вы это говорите о переделе в бизнес-структурах или о чем?

Григорий Явлинский: И бизнес-структурах и не только. Давайте поговорим более конкретно. Я говорю и об интеллектуальной собственности, я говорю, например, и о том, что у вас, наверное, есть приватизированная квартира. Так вот я хочу сказать вам, что вы еще имеете право и на землю рядом с этим домом, в котором у вас есть приватизированная квартира. И когда граждане получат право на эту землю и это будет им принадлежать, это будет означать, что так называемая уплотнительная застройка уже не будет произволом, когда у вас вдруг перед окнами может вырасти дом, который заслонит вам весь свет. Это еще значит, например, что если вы малый или средний бизнес и у вас есть какое-то предприятие малого или среднего бизнеса, оно стоит на земле. И если вы три года, вот с нашей точки зрения, если вы три года платите налоги, и если вы выполняете все, законопослушный предприниматель, то земля под вашим предприятием тоже должна принадлежать вам. И тогда нельзя будет пригнать бульдозер и снести вас и на вашем месте вместо тысячи магазинов построить два супермаркета. Вот мы считаем, что является вопросом принципиально важным. Или даже гараж, вот у вас есть, допустим, гараж. Никто не имеет право пригнать машину просто и ваш гараж уничтожить или снести его с лица земли. Потому что и земля под этим гаражом она тоже принадлежит вам, если вы имеете право построить гараж. Вот простые вещи, которые говорят о том, что сегодняшняя политическая система привела к тому, что есть очень большое бесправие. И экономическое и социальное, и политическое. И экологическое бесправие. Кстати, вопрос борьбы за экологию тоже для нас является очень важным. И это совсем не шутки. Вопрос по ядерным отходам. Это очень серьезная вещь. И жалко, что общество не реагирует на это. У нас есть лидер фракции академик Яблоков Алексей Владимирович, член-корреспондент академии наук. У него, кстати, сегодня день рождения и я его от души поздравляю. Это мирового класса эколог. Который объясняет, что экономические потери России от болезней, которые вызваны экологическими причинами, колоссальные. Что именно здесь лежит причина и болезней детей, и низкой рождаемости и заболеваний. И эти проблемы тоже нужно решать. И как вы предлагаете их высказывать из бойкотируемой позиции. Как вы хотите, чтобы об этом кто-то узнал. И что собственно плохого, если будет возможность сказать о том, о чем я вам говорю на ОРТ.

Эвелина Геворкян: Только в предвыборный период получается.

Григорий Явлинский: Ну так получается, когда пускают, тогда и говорим. Может быть, потом все закроется. Кстати говоря, то, что происходит в последнее время, ведь вызывает у многих людей очень серьезную тревогу.

Эвелина Геворкян: Я, кстати, хотела уточнить, вы говорите о том, что для вас приоритетно изменить политический строй, то, что есть. Перечисляете очень правильные вещи. Но в то же время мы посмотрим, и 85% поддерживают политику сегодняшней власти, и в стране наступила та самая стабильность, за которую получается, эти 85% держатся. Ну и что, вы тогда со своими перестройками и изменениями политической структуры.

Григорий Явлинский: Ну что же. И большинство может ошибаться. Что в этом такого. Что это за новость. Большинство всегда находится в таком положении, в нашей стране, тем более, что они любят власть. Ну так сложилась история нашей страны. Какая бы она ни была, оно всегда голосует за власть. Большинство. Но оно может ошибаться. Значит нужно делать что-то такое, чтобы эволюционно шаг за шагом мы создавали общество равных возможностей. Вот создание общества равных возможностей для всех и есть главная наша цель и задача на этих выборах. А для этого нужно поставить власть под контроль граждан. Но это же очевидная вещь.

Эвелина Геворкян: Это очевидная вещь, но с другой стороны…

Григорий Явлинский: Вы согласны, что она очевидна?

Эвелина Геворкян: Да, я согласна с этим.

Григорий Явлинский: Ну, тогда надо за это бороться

Эвелина Геворкян: Ну так и возникает вопрос, если борьба заведомо провальна, но может быть как-то ее вести иначе, как многие в обществе предлагают, демократические или оппозиционные силы объединились, а этого никак не происходит.

Григорий Явлинский: Я не знаю, какие силы не объединились, я только знаю, что ее нужно вести всеми…

Эвелина Геворкян: С кем объединилась партия «Яблоко»?

Григорий Явлинский: Партия «Яблоко» объединилась с партией «зеленых», партия «Яблоко» объединилась с правозащитниками, партия «Яблоко» объединилась с движением в защиту прав женщин. Партия «Яблоко» объединилась с молодежным демократическим движением.

Эвелина Геворкян: Это сделало вас сильнее, у вас появилось больше шансов?

Григорий Явлинский: Еще бы. Конечно, сделало нас сильнее. А как же. Это и есть гражданское общество. Это и есть те, с кем нужно объединяться. Вы же мне сейчас будете предлагать какие-то телевизионные персоны, за которыми может быть, за них проголосуют их муж или жена, а может никто не проголосует. Это же только такая иллюзия, что объединять-то нужно избирателей, а не персоны и всяких гламурных личностей. Не их же нужно объединять, а избирателей. А избирателей интересует то, что я перечислил. «Солдатские матери», которых я назвал. Вот это интересует нашего избирателя и вообще наших граждан. Вот это и объединяет партию «Яблоко». А с кем же она должна еще объединяться.

Эвелина Геворкян: Мы продолжим разговор с Григорием Явлинским буквально через 5 минут.

Продолжается программа «Особое мнение». Обратимся к сообщениям слушателей, спрашивает вас, к сожалению не подписавшийся человек: если в России будет двухпартийность, что будет делать Явлинский. Имеется в виду в свете последних событий.

Григорий Явлинский: Я вот что скажу. То, что сейчас произошло, если иметь в виду то, что Владимир Путин возглавил список «Единой России»…

Эвелина Геворкян: И идет разговор о том, что могут быть две партии: «Справедливая Россия» и «Единая Россия».

Григорий Явлинский: Это шаг как к однопартийной системе. Никакой здесь двухпартийности не предполагается. Это как раз другой шаг. То, что меня больше всего беспокоит – стилистика, в которой это произошло. Если вы видели съезд, это овации, стоя, преклонение, эта ажитация, просьбы от рабочих, от крестьян, от спортсменов, от детей, от физкультурников…

Эвелина Геворкян: Некоторые нам присылали сообщения, что Брежнев позавидовал бы.

Григорий Явлинский: Да, это такая стилистика она очень опасная.

Эвелина Геворкян: Зато проверенная.

Григорий Явлинский: Она проверенная и в этом смысле она действительно очень серьезно опасная. Пока неясно, не превратится ли это в какой-то фарс, но если это будет развиваться серьезно, то это такая опричнина современная. И то, что произошло, это шаг не только к однопартийной системе, но шаг и к монополии определенной. Потому что даже фиктивная арбитражная позиция президента или властей ликвидирована. Власть заняла абсолютно твердую одну сторону во всех возможных коллизиях. То есть это все превращается, попытка это превратить все действительно в такой монолит. Но это монолит такой только на поверхности, а внутри он приводит именно к таким последствиям, которые мы уже с вами сегодня обсуждали. Когда внутри из-за коррупции, из-за авторитаризма, из-за бюрократизации все это дело гниет и разваливается. И в этом смысле конечно в стратегическом смысле нет сомнений, что такая конструкция не жизнеспособна…

Эвелина Геворкян: То есть вы надеетесь дожить до тех времен, когда они развалятся…

Григорий Явлинский: Нет, дожить ни до чего там невозможно. Там если вы не будете бороться ни за что, если вы как, например, то, о чем вы меня спрашивали. Вот вы, например, я знаю, бойкотируете чемпионат или Евгений Киселев бойкотирует чемпионат мира по бегу. Вот он, почему его бойкотирует. Его просто туда не звали. И он не собирается там бежать, и он не умеет и ему там не нужно. Вот это примерно такие разговоры о бойкоте выборов…

Эвелина Геворкян: Вас не позвали, получается, побежать по дорожке…

Григорий Явлинский: У меня как раз есть возможность пробежать свою дистанцию и сказать и сделать все, что нужно и я этой возможностью при поддержке моих избирателей, пользуюсь. И буду пользоваться до тех пор, пока у меня будет такая возможность. Но вернемся к главному вопросу, который самый главный. Я хотел вам сказать, такая опричнина, я хотел бы подчеркнуть это, гламурная такая, богатая, сытая, она ведь очень будет своеобразно работать, поэтому совершенно еще неясно, как это будет развиваться. Но отторжение у моего избирателя, тревогу у моего избирателя это вызывает. И это является, вот эта стилистика такая косноязычная этого съезда это серьезная вещь. Действительно серьезная вещь, которая отражает тенденции, которые происходят в России.

Эвелина Геворкян: Я просто сразу зачитаю комментарий Владимира, таких сообщений очень много: ваше участие в псевдовыборах легитимизирует их, если этого не понять сейчас, то потом уже и не надо будет ничего понимать. То есть очень распространенное мнение.

Григорий Явлинский: Это мнение не сказал бы, что распространенное, я его слышал, мне оно известно, я с ним категорически не согласен. Считаю его ошибочным. Потому что считаю, что до тех пор, пока есть хоть какая бы то ни было возможность участвовать и говорить правду, даже если потом вам выпишут в конце полпроцента, или вы сможете сделать так, что люди придут и все же за это проголосуют, это гораздо более полезно, чем уже сегодня уговаривать людей, чтобы они ни в чем не участвовали. Это хитрая позиция. Она очень выгодна той корпорации, которая сегодня держит власть и непрозрачно пользуется деньгами всей страны. Это очень выгодная позиция. Уговорить граждан, что все бессмысленно, бесполезно, ни в чем не надо участвовать, никуда не надо ходить, сидеть дома. Поскольку явка отменена, как вы знаете…

Эвелина Геворкян: Кстати, вас спрашивают…

Григорий Явлинский: Графа «против всех» тоже отменена, то я вас уверяю, что просто даже никто и не узнает, сколько вас там бойкотирующих. Просто возьмут ваши бюллетени, заполнят их как надо и ими воспользуются. Вот и все, что делают те люди, которые либо по недопониманию, либо по своей провокационной сущности пишут такие вещи.

Эвелина Геворкян: Сергей из Тюмени спрашивает: какой бы вы установили процентный барьер для прохождения партии в ГД?

Григорий Явлинский: Я бы установил, например, 3%. Я бы считал, что этого достаточно. Это нормально.

Эвелина Геворкян: А сами вы себе сколько отводите, так скажем.

Григорий Явлинский: Не понял. Моя партия 10 лет была в ГД, мы шесть раз участвовали в федеральных выборах.

Эвелина Геворкян: Вот сейчас, сколько вы хотите…

Григорий Явлинский: Мы хотим сделать фракцию в ГД. Не знаете, сколько это процентов? Я вам скажу: семь. Семь и более. Мы думаем, что если граждане пойдут и проголосуют, если за нас проголосует 15-20%, - 7% нам напишут. И 8 может быть, даже напишут. А если придет 10% за нас проголосовать, тогда можно и без 7% остаться. Потому что доверие к тому, как ведется подсчет, у нас конечно нет. Поэтому чем больше людей придет, и чем больше людей проголосует, тем больше шансов, что у моих избирателей, у людей, для которых такая стилистика лжи, холуйства, приспособленчества, коррупции неприемлема, у них будет голос в ГД РФ.

Эвелина Геворкян: Если заглянуть в некое будущее политическое, быть может даже пофантазировать. Как вы думаете, насколько был серьезен Владимир Путин, когда говорил, намекал стране, что может стать премьером.

Григорий Явлинский: Думаю, что в нынешних условиях ни насколько не был серьезен. Просто ни насколько. Потому что такая должность, которая сегодня представляет собой должность российского правительства и премьер-министра она вряд ли может его интересовать. Он будет всякими способами сохранять свою власть.

Эвелина Геворкян: Но с другой стороны может быть, если он станет премьером, тогда и пост этот как-то станет более привлекателен.

Григорий Явлинский: Нет. Есть же все-таки функции президента, и есть функции премьера. Если они не будут изменены, то это значит, что президент может снять премьера в любую секунду. Знаете. Вот раз - и нет премьера. Вы не видели, что недавно взяли и сняли.

Эвелина Геворкян: Он же сказал, что он готов работать…

Григорий Явлинский: А все говорят, что готовы работать с хорошим человеком. А вот он хороший, хороший, а потом вдруг раз и снял с работы. И все. Поэтому вряд ли об этом стоит говорить всерьез.

Эвелина Геворкян: Если бы у вас представилась жизненная возможность стать президентом, работать в паре с Владимиром Путиным премьером, вы бы ею воспользовались?

Григорий Явлинский: Нет, я думаю, что если у меня представится жизненная возможность быть президентом, то конечно, будет другой премьер-министр. Безусловно, обязательно.

Эвелина Геворкян: А если именно с этим.

Григорий Явлинский: А именно с этим я не понимаю. Обязательно нужно все-таки стараться для блага страны, чтобы президент и премьер-министр были хотя бы в целом единомышленниками.

Эвелина Геворкян: То есть вы отказываетесь занять тот пост в паре с Путиным современного порядочного президента.

Григорий Явлинский: Я даже как бы и не обсуждаю это. Он мне пока не делал такого предложения.

Эвелина Геворкян: Ну что же, это было «Особое мнение» Григория Явлинского. Спасибо вам за ваше особое мнение и до свидания.

"Эхо Москвы", 3 октября 2007 года   

обсудить статью на тематическом форуме

Cм. также:

Оригинал статьи

Сайт Григория Явлинского 
 
Выборы 

 

[Начальная страница] [Карта сервера/Поиск] [Новости] [Форумы] [Книга гостей] [Публикации] [Пресс-служба] [Персоналии] [Актуальные темы]

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика