Можно ли построить развитую промышленность в несвободном обществе? Таким вопросом задаются многие люди в нашей стране, этот вопрос мы слышали и у Президента на встрече с ним 11 июня. Медведев тогда сказал, что инновации развиваются и в условиях несвободы, приведя в пример Корею и Китай.

Вряд ли можно с этим согласиться.

Все познается в сравнении. Демократическая Южная Корея развивается куда эффективнее тоталитарной Северной, где и массовый голод – не редкость. Кроме того, зачем нам сравнивать себя с Востоком и его менталитетом. Подавляющее большинство великих русских (да и советских) ученых были людьми европейски образованными и мыслящими.

При Сталине наука развивалась и двигала промышленность не потому, что ученые были несвободными, а потому что они были талантливыми и передовыми для своего времени.

Но в этом заслуга совсем не Сталина, а скорее Александра II, который резко поднял до европейского уровня университетское образование, давшее почву и мощный импульс для самореализации нескольких поколений ученых, в том числе и советских.

У царя-реформатора реформа образования шла рука об руку с освобождением общества и опиралась на эту руку. И не только крестьян: отменялась цензура печати, развивалось самоуправление в виде земства и т.д. Создавался независимый суд на уровне европейских образцов. Вне этого контекста, в душной атмосфере николаевской России столь продуктивная реформа была бы невозможна.

Как ни странно, названный Президентом Китай при всем его авторитаризме сделал колоссальный шаг в сторону либерализации после Мао и банды четырех. И развитие науки, высоких технологий шло там тоже рука об руку с освобождением общества, пусть и частичным.

Созданные Берией шарашки для ученых – были не причиной, а тормозом для развития советской науки. Если бы ученых не убивали и не сажали в эти шарашки, промышленность СССР вышла бы на гораздо более высокий уровень.

К концу Союза мощный потенциал научного развития, заданный со 2-й половины XIX века был исчерпан.

Сегодняшнее ее состояние во многом напоминает николаевскую эпоху. А значит, многому надо учиться у Александра II, который понимал, что без свободы в России не будет ни науки, ни технологического развития. Правда, одной свободы тут недостаточно. Нужно выстраивать стабильно работающие институты, стимулирующие труд и креативность ученых. И в первую очередь – полноценный институт интеллектуальной собственности. Нужно, как и 150 лет назад, выводить на новый уровень университетское образование, возрождать профессионально-техническое, погибшее с крахом СССР. Восстанавливать «смычку» академической и прикладной науки, разорванную в 60-е годы. Но все это невозможно без строительства в России стабильной демократии как самой передовой и высокотехнологичной формы современного государства.

Сегодня это понимание еще более актуально. Ведь интенсивность обмена информации и идеями в современном научном сообществе на порядок выше, чем в XIX веке. Без свободы такая интенсивность обмена в принципе невозможна. А задачи развития и перехода к постиндустриальной экономике в ХXI веке – на порядок сложнее, чем задача индустриализации в ХХ-м.

Душить свободу – значит душить развитие, а вместе с ним и страну.

Оригинал материала и его обсуждение