Кампания по отказу от «президентства» началась явно не по личной инициативе Кадырова. О том, что она идет сверху, свидетельствует последовавшее сразу аналогичное заявление президента Дагестана Магомедова и других президентов республик. Конечно, невозможно поверить, что Кадыров вдохновил или убедил их своим неожиданным «озарением».

Зачем Кремлю понадобилась лингвистическая «зачистка» должностной номенклатуры
нацреспублик, - это, в общем-то, понятно. Тяга к унитаризации России после ельцинского парада суверенитетов у путинской (ныне медведевской) администрации не пропадала никогда.

Не стоила бы эта история особого внимания, если бы не грозная ирония, с которой президент Чечни отреагировал на деликатную просьбу. Устами депутатов своего парламента он ответил, что предпочитает называться имамом.

Вот это уже – то, чего никак не мог повторить Магомедов, ограничившийся скромным «глава республики».

А Кадыров явно проговорился о далеко идущих планах, причем, возможно, вполне сознательно.
Не хотите, чтобы я был президентом, пожалуйста, я буду имамом. Прозрачный намек на Шамиля, чей имамат включал в себя не только Чечню, но и тот же Дагестан. Между прочим, культовая фигура для всех чеченских лидеров, включая Дудаева и Басаева.

И очень логично: если во главе – имам, то какая Чечня – республика? Она – имамат, у которого были совсем другие границы. Своим ответом Кадыров явно дает понять: на Северном Кавказе не будет президентов, здесь будет имам.

Имамат, понятно, государство религиозное, а не светское. «Законы шариата выше законов РФ», - сказал недавно Кадыров французскому журналисту. Республик с исламским населением в России немало, но подобное позволяется говорить лидеру только одной из них.

Когда Лужков заявил, что губернаторы должны не назначаться, а избираться, окрик из Кремля раздался на следующий день. О том, что была какая-то реакция на фразу Кадырова трехмесячной давности, мне ничего не известно.

Причина понятна: любой «наезд» на Кадырова – это риск дестабилизации на Северном Кавказе.
Итоги второй чеченской незыблемы только до тех пор, пока Чечню возглавляет клан Кадыровых.
Такова цена победы в этой войне.

И вот мы видим, что эта цена постепенно растет у нас на глазах. Курс на имамат и шариат Кадыров уже провозглашает открыто. СМИ сообщают, что в госучреждениях Чечни женщинам положено находиться в платках, а во время рамадана кафе и рестораны закрываются. Добровольно, конечно, по просьбе духовных лиц, так как пока еще это все же республика, а не имамат.

Но всему свое время. Сегодня время – копить силы и ресурсы за счет России. В отличие от Дудаева, поставившего под автомат нищую Чечню, Кадыров имеет длительный срок на ее укрепление. При этом фактического суверенитета у него ничуть не меньше, чем у Дудаева.

Сколько продлится этот срок – зависит не столько от Кадырова, сколько от самой России. Как только нефтяной иглы перестанет хватать для поддержания экономики, государство резко ослабнет. А затем произойдет то, что уже было однажды, когда крах СССР, годовщина которого отмечается сегодня, послужил спусковым крючком для эскалации чеченского сепаратизма.

Шансов на создание имамата у Кадырова будет гораздо больше, чем у Дудаева и Масхадова. А значит и крови мирного населения, жертв терроризма, военнослужащих в процессе его создания может быть пролито гораздо больше.

Единственная альтернатива этому сценарию – смена политического и экономического курса России – на горизонте пока не прослеживается. Особенно в связи с перспективой возвращения в президентское кресло В. В. Путина.

Так что настоящая цена победы последнего во второй чеченской заключается в том, что граждане России фактически попали в заложники к Кадырову. Назвать эту победу пирровой, наверное, все же нельзя, ну а кадыровой точно можно.

Оригинал статьи