25 мая 2009
Борис Вишневский специально для сайта

Встреча «государственников»

Ах, как трогательно: премьер Владимир Путин возложил цветы к надгробиям Антона Деникина, Ивана Ильина и Ивана Шмелева, а также Александра Солженицына, которые были все, как один, «настоящими государственниками при всех трудностях, сложностях и противоречиях, которые сопровождали их жизнь».

И Деникин, мол, «никогда не делил Россию и считал недопустимым ни в коем случае доводить страну до расчленения». И Ильин в своем труде «Что сулит миру расчленение России», мол, предостерегает, что раздел великой страны неминуемо приведет к катастрофе. И Солженицын при личной встрече его, Путина, поразил тем, что явился «органичным и убежденным государственником», который «мог выступать против существующего режима, быть несогласным с властью, но государство было для него константой». И что, когда он, премьер, читал дневники Деникина, для него в качестве главной мысли выделилось «недопущение расчленения России, особенно когда речь идет о малороссийской земле – Украине», и что «это преступление, если кто-то только начинает говорить о разделении России и Украины»…

Что же, особенно интересно последнее: разделение России и Украины, как известно, произошло в 1991 году, события которого г-н Путин и доныне полагает «величайшей геополитической катастрофой двадцатого века». Вот только произошло оно не в силу коварного заговора зловредного Запада, а исключительно в силу свободного волеизъявления народа, который считал свою страну Украиной, а вовсе не «Малороссией».

Конечно, «национальный лидер» и по сей день полагает Украину российской провинцией, но страна, в которой он сегодня состоит премьером, ни малейших прав на Украину не имеет. Или он считает иначе – судя по тому, что ему запомнилось из дневников Деникина?

Преклонение перед могилой Ильина не менее показательно – в свете недавно внесенного законопроекта о «борьбе с деятельностью сторонников нацизма, реабилитацией нацизма, нацистских преступников и их пособников, а равно пресечении попыток распространения нацизма в любой форме». Между тем, философ Ильин, которого так любит цитировать Путин, торжественно и официально перезахороненный в Донском монастыре, был самым настоящим нацистом: он открыто поддерживал национал-социализм, заявлял, что Гитлер «остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе», и что «несправедливое очернение и оклеветание национал-социалистического движения мешает верному пониманию, грешит против истины и вредит всему человечеству». То есть, под указанный закон вчистую подпадает не только покойный Ильин, но и прославляющий его Путин. Вот интересно будет посмотреть, как этот эпохальный закон (когда его примут) будет к Путину применен…

Наконец, Александр Солженицын, который, как уверяет Путин, мог выступать против власти, но не против государства. Не надо передергивать, Владимир Владимирович (хотя это вам свойственно в силу первой профессии, и вы этим занимаетесь постоянно). Не надо путать страну (против которой ни Солженицын, ни кто-либо другой из борцов с советским режимом) никогда не выступал – и государство, как политическую систему власти. Выступать против власти, против политического режима советских времен, как это делал Солженицын – это и значит выступать против коммунистического государства. И никак оно не могло быть «константой» для тех, кто с ним боролся…

О Солженицыне, впрочем, - отдельно.

В моей жизни он сыграл важнейшую роль - когда мне на ночь (как многим тогда) дали почитать "Архипелаг", а до этого я и понятия не имел о подлинных масштабах сталинских репрессий. Когда главы книги передавала, кажется, "Немецкая волна", ее глушили всеми способами, и через этот свист и вой прорывались отдельные слова и фразы, но все равно это было необычайно важно. И именно с известием о высылке Солженицына из страны в феврале 1974 года для меня, тогда 18-летнего, закончилась безмятежная юность и начались размышления о том, что происходит.

Сегодня говорят, что Солженицын сформировал в Советском Союзе целое поколение, которое узнало правду о своем прошлом, и могло противостоять официальной лжи - если это преувеличение, то небольшое. Но затем... затем, после 1989-90 годов, а особенно после его возвращения, к нему накапливалось все больше вопросов, на которые так и не следовало ответов. И накапливалось недоумение и огорчение: Александр Исаевич, что же Вы так?

Дело не в том, что он ругал западную демократию, и писал "200 лет вместе". И не в том, что он был русским националистом и консерватором. А в том, что когда в стране происходили ключевые события, он, - который имел все возможности высказаться, и кому не смогли бы заткнуть рот, - молчал.

Он молчал (не припомнить ни слова!), когда расстреливали законно избранный парламент в 1993-м. Он молчал, когда Ельцина тащили в президенты на нечестных выборах. Он молчал, когда уничтожали НТВ. Он молчал во время "Норд-Оста" и Беслана. Он молчал, когда проводили "монетизацию". Он молчал, когда "выбирали" Путина и Медведева, душили свободные СМИ, сажали политзаключенных, депортировали грузин, разгоняли митинги оппозиции и избивали мирных граждан…

Ему было нечего сказать? Вряд ли. Не считал возможным говорить? Но общественный деятель обязан не молчать в такие минуты - люди ждут выражения его позиции! А еще он поддержал войну в Чечне. И одобрил построение "вертикали" и отмену выборов губернаторов. И принял от Путина государственную премию. И не раз хвалебно о нем высказывался...

Что же, круг замкнулся: теперь Солженицына хвалит Путин - служивший в тех самых органах, которые когда-то его преследовали.

Член Федерального политкомитета партии, руководитель фракции партии в Законодательном собрании Санкт-Петербурга. Публицист, политолог. Лауреат премии «Золотое перо России»