Андрей Бузин
История фальсификации
Роль независимых избирательных комиссий
   

Избирательные комиссии, как известно, по закону не входят ни в одну из основных ветвей власти и являются независимыми от других органов власти в пределах своих полномочий. Увы, на деле они не только не независимы и не обеспечивают реализацию и защиту избирательных прав граждан, но даже, по большому счету, не являются организаторами выборов [42]. Можно было бы написать целую книгу об этом, но здесь мы ограничимся лишь ролью комиссий на московских муниципальных выборах 2004 года.

Имеются факты, свидетельствующие о том, что целенаправленное «выискивание» недостатков в документах нежелательных кандидатов сопровождалось всемерной помощью желательным кандидатам. Так, например, у ТИК Войковского района не возникло сомнений в правильности подписных листов кандидата Е.Г. Мурашко, у которого в заголовке подписного листа был указан полный адрес (мы упоминали выше, что за это были сняты не менее 38 кандидатов – см. с. 44). У этого же кандидата можно было легко заподозрить проставление дат одной рукой, но комиссия, проявив особое внимание к кандидату Комарову, к Мурашко «придираться» не стала. У другого кандидата – Т.А. Кряжевой – подписи с сокращением «ул. Космодемьянских» были признаны законными, а кандидат А.М. Подчуфаров за такие же подписи не был зарегистрирован. В отличившемся при регистрации Хамовническом районе к кандидатам от партии «Единая Россия» отнеслись настолько благожелательно, что зарегистрировали их по неправильно оформленным партийным документам (в нарушение статьи 31 Избирательного кодекса, в протоколах о выдвижении не было указано число голосов, необходимое для выдвижения), а в некоторых случаях – вообще при отсутствии необходимых документов (И.Г. Локшина подавала на это нарушение заявление в МГИК).

Не могу не сказать несколько [43] «теплых» слов о главной московской избирательной комиссии в связи с рассматриваемыми в этой книге выборами.

Московская городская избирательная комиссия обязана обеспечивать реализацию и защиту избирательных прав граждан, осуществлять подготовку и проведение выборов в городе Москве. На практике МГИК действует как орган, который легитимизирует участие московской администрации в выборах и обеспечивает ее влияние на результат выборов. Подготовить и провести выборы московская исполнительная власть вполне может и без МГИК; фактически она это и делает. МГИК предоставлена роль «зазывалы» граждан на выборы, «первого рубежа» обороны при нарушении избирательных прав, а в некоторых случаях – проводника электоральной политики администрации.

Причиной такой позиции МГИК является ее полная встроенность в корпорацию московского чиновничества. В первую очередь она проявляется в кадровой связи МГИК и московской администрации. Достаточно сказать, что до 1995 года комиссией руководил А.В. Петров, позже, вплоть до 2003 года, он был ее самым авторитетным членом.

Впрочем, положение МГИК в системе властных органов вполне типично для положения подавляющего большинства избирательных комиссий в России. Московские территориальные комиссии, например, находятся под опекой управ и префектур.

В соответствии с законодательством муниципальные выборы организуют избирательные комиссии муниципальных образований – органы местного самоуправления, формируемые, в свою очередь, представительными органами местного самоуправления (то есть в 2003 году – районными собраниями). Полномочия избирательных комиссий муниципальных образований могут быть переданы территориальным избирательным комиссиям, которые являются уже государственными органами субъекта Федерации (то есть в нашем случае финансируются из московского бюджета). Так оно и было сделано в Москве.

При необходимости МГИК всегда могла заявить, что на муниципальных выборах она не является вышестоящей комиссией по отношению к ТИК, поскольку организующей муниципальные выборы комиссией является комиссия муниципального образования. Кстати, то же самое могла заявить и ЦИК РФ, если туда поступали жалобы по муниципальным выборам. То есть формально на муниципальных выборах над ТИК не стоит никакая вышестоящая комиссия. Основываясь на этом, Московская городская избирательная комиссия зачастую не рассматривала по существу заявления о нарушении избирательных прав граждан на муниципальных выборах. Обычной реакцией на такие заявления был либо «отсыл» в территориальную комиссию, на которую и подавалась жалоба, либо совет обратиться в суд. ЦИК РФ, естественно, пересылал все жалобы в МГИК.

Например, Л.Н. Дронсейко подала в МГИК шесть жалоб (спрашивается, как после этого должна себя вести МГИК на процессе по выводу Дронсейко из состава ТИК?). Особенно характерным была реакция МГИК, когда речь шла о фальсификации итогов голосования. На жалобы 16 и 17 марта (написанные по горячим следам – см. раздел «Дмитровский», с. 67) о том, что результаты выборов по двум округам фактически сфальсифицированы, были получены ответы: ваши жалобы направлены в ТИК Дмитровского района. Но 20 апреля, после получения жалобы Дронсейко, в которой подробно описана фальсификация результатов выборов по трем округам, МГИК вдруг «осенило»: «Сообщаем Вам, что Московская городская избирательная комиссия не является комиссией, организующей выборы в органы местного самоуправления. Можете обратиться в суд».

Впрочем, в некоторых случаях московская комиссия просто вставала на защиту действий ТИК. Естественно, что при этом МГИК рассматривала жалобу в отсутствие заявителя. В лучшем случае, если заявитель приезжал в комиссию сам, мог состояться доверительный разговор кого-нибудь из сотрудников с заявителем.

И.А. Карпов из Крылатского получил на свои заявления в МГИК два ответа. На жалобу по поводу признания недействительными выборов 16 мая МГИК, не утруждая себя проверкой, ответил, что не видит оснований для отмены решения ТИК, так как ТИК сообщила им, что все было по закону [44].

Еще интересней получилось с жалобой о фальсификации итогов голосования 14 марта (см. раздел «Крылатское», с. 60). Напомним, что 16 марта кандидаты в депутаты застали нескольких членов территориальной избирательной комиссии за вскрытием избирательной документации и вызвали милицию. Затем кандидаты в течение двух дней «охраняли» помещение, где хранилась избирательная документация. Жалоба рассматривалась на заседании МГИК 25 марта 2004 года. Среди приглашенных: заместитель председателя ТИК В.В. Гасенко (тот, которого «застукали» за фальсификацией), член рабочей группы ТИК А.Н. Терешкин, начальник оргуправления префектуры ЗАО Л.А. Гилярова (то есть два сотрудника администрации). Почему не пригласили заявителя – остается только догадываться. Какое же решение принимает МГИК по этому вопросу? В части, касающейся отмены выборов по избирательному округу № 3, МГИК пишет, что это дело суда. А вот по поводу инцидента со вскрытием избирательной документации: «Проинформировать ГУВД г. Москвы о бездействии ОВД Крылатское, которое допустило срыв работы ТИК района Крылатское при подведении итогов голосования при выборах кандидатов в представительный орган местного самоуправления района Крылатское и о недопущении в дальнейшем действий по захвату помещений ТИК. Начальнику организационного управления префектуры ЗАО Л.А. Гиляровой подготовить документы по действиям ОВД Крылатское». То есть, переводя с бюрократического на русский: куда смотрела милиция; почему она не разогнала кандидатов, поймавших за руку фальсификаторов; не сменить ли нерешительного начальника ОВД?

После выборов 14 марта МГИК провела «семинар по итогам избирательных кампаний», в котором участвовали А.В. Петров, члены МГИК, председатели территориальных избирательных комиссий. Понятно, что участники семинара не делились опытом использования административного ресурса для достижения нужного результата на выборах. О чем же шла речь?

Первое слово было предоставлено А.В. Петрову. Он, в частности, сказал: «Нынешние избирательные законы и то, что было раньше, это совершенно разные вещи. Сегодня мы из волеизъявления добровольного сами сделали принудительно обязательной систему голосования. И в эти рамки мы должны как-то вписываться сегодня. Законодатель все больше и больше ужесточает нормы, которые совершенно далеки от демократии, от того добровольного волеизъявления, которое у нас провозглашено». О чем это? Ностальгия по 99-процентному голосованию с известным результатом?

Выступающие не обошли вниманием общественных наблюдателей и членов комиссий, назначенных партиями. Так, заместитель председателя ТИК Ново-Переделкино О.В. Груничева заявила: «этим «лицам» законодатель уделяет слишком много внимания, предоставляя им неоправданно большие права, а всю ответственность за обеспечение процедуры голосования и подведение итогов возлагает все-таки на председателя участковой избирательной комиссии». А госпожа Г.А. Мещерякова из Марьино (в 2000 году ТИК Марьино отличилась, сфальсифицировав результаты по 19 участкам) предложила: «Во избежание данной проблемы в следующую выборную кампанию желательно внести поправку в Избирательный кодекс об ответственности партийных объединений за своих представителей в избирательных комиссиях».

В общем, довольно плодотворная получилась дискуссия после того, как в Москве были проведены самые бесчестные постперестроечные выборы.

Один из выступающих – председатель ТИК Хорошево-Мневники В.И. Ищенко приоткрыл «секрет» о реальном взаимоотношении избирательных комиссий и исполнительной власти при организации выборов: «приходит человек с тремя листами от мэрии, там написано 28 пунктов. Не всегда приходит специалист по выборным вопросам. Я считаю, что представители мэрии должны проверять техническое оснащение, пускай, например, считают столы, стулья, но не вмешиваются в выборный процесс. А если в комиссии в этот момент находится пенсионерка, которая дежурит и не может квалифицированно рассказать о проводимой работе? ... Пришел специалист префектуры, который занимается хозяйственными вопросами, он должен проверить, работает ли телефон, пожалуйста, проверяй. Но по проблемам избирательного процесса он может квалифицированно разговаривать только с председателем комиссии».

Несмотря на то, что формально противозаконные действия, влиявшие на результаты выборов, осуществляли территориальные комиссии (отказы в регистрации, установление итогов голосования), не следует преувеличивать их роль на выборах, в том числе на московских муниципальных выборах 2004 года. Российской бюрократией за долгие годы ее существования, особенно в советский период, наработаны многочисленные приемы управления коллегиальными органами. Подбор соответствующего состава, в котором есть лидеры и «болото» (а в постперестроечные времена добавлена несущественная оппозиционная составляющая), назначение «своих» людей на руководящие должности в коллегиальном органе позволяют добиться полной управляемости этого органа.

Действующие в настоящее время московские территориальные комиссии были сформированы Московской городской комиссией в конце 2002 года [45], впрочем, их составы после этого претерпели значительные изменения. Едва ли какая территориальная комиссия осталась без сотрудника управы в качестве члена с решающим голосом. Во многих комиссиях состоят по 2–3 муниципальных служащих. Что же касается представительства партий, то ситуация такова: партии, имевшие на тот момент «квоту» – КПРФ, ЛДПР, СПС, «ЯБЛОКО», а также блоки «Медведь» и «Единство» (слившиеся затем в «Единую Россию») провели по одному члену почти во все комиссии. Кроме того, как-то незаметно почти во все комиссии вошел еще представитель «Единой России», то есть эта партия фактически получила не одно, а три места. А вот всяким там анархистам и другим «непарламентским» партиям мест почти не досталось.

Остальные члены ТИК – сотрудники и члены различных организаций, зачастую связанных с управой. Надо сказать, что членство в ТИК – какая-никакая, а «ниточка» связи с местной властью, за которую можно подергать как с одного, так и с другого конца.

Председателями комиссий назначались наиболее опытные их члены, например, председателем ТИК Орехово-Борисово Северное была назначена начальник отдела управы В.Г. Пекова, а председателем ТИК Марьино – главный специалист управы Н.В. Григорьева. Эти лица ранее уже были отмечены причастностью к скандалам на предыдущих выборах [46].

Можно с уверенностью сказать, что во многих, если не в большинстве ТИК руководителями (председателем, зам. председателя или секретарем) были сотрудники управ. Так, например, большая заслуга в том, что в Хамовниках не довели дело до прямых фальсификаций, а отсеяли всех опасных кандидатов уже на этапе регистрации, принадлежит секретарю ТИК, представителю ТИК в суде, зав. орготделом управы Хамовники О.П. Симачевой. С другой стороны, непрофессионализм председателя Дмитровской ТИК, руководителя аппарата управы В.М. Рубченкова привел к длительным разбирательствам в суде.

Так вот ТИКи и получили свою второстепенную роль актеров, постоянно находящихся на сцене московских муниципальных выборов.

42 С 1993 года автор этой книги был членом с решающим и совещательным голосом не менее чем полусотни разных комиссий всех шести описанных в российском законодательстве уровней избирательных комиссий (а в 1997–2001 гг. – даже председателем окружной комиссии).

43 Поскольку автор почти два года был членом МГИК с правом совещательного голоса, то «теплых» слов накопилось у него достаточно много. Но мы ограничимся только рассматриваемыми выборами.

44 Напомним, что Карпов жаловался на ТИК, которая признала выборы недействительными на основании фиктивных жалоб.

45 Автор, как член МГИК с правом совещательного голоса, по мере сил принимал участие в этом процессе.

46 Уголовное дело № 179762, возбужденное Нагатинской межрайонной прокуратурой в 2000 г., и уголовное дело № 178399, возбужденное Люблинской прокуратурой в 2000 г.

Сайт РДП "ЯБЛОКО"
Персональный сайт Г.А.Явлинского
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика