09 июня 2017
Блог Виктора Когана-Ясного

Виктор Коган-Ясный: Частное мнение

Об Украине, НАТО, российском курсе и современном либерализме

УКРАИНА И НАТО

НАТО — это рамки, это отказ от идей и идеологии мести, от «ответного империализма», национализма, от унижений граждан соседних стран. Поэтому официальное решение Украины идти в НАТО, а не мстить кому-либо и воевать до победного, дает шанс на развитие страны и ее соседей, на продвижение к миру и верховенству права, на «обучение цивилизации» (о котором говорил Н.А.Струве). Может быть, через десять лет в Украине станет больше компетентных гражданских и военных специалистов и меньше проспектов имени националистов. Будет ли использован этот шанс, или постсоветская стихия снова возьмет свое и «утрамбует» так, чтобы снова «удивить мир» - это вопрос...

Будем ждать, не терять надежду даже при новых трудностях…

ТРЕВОЖНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ

Либералы (в самом широком смысле), люди с политическим мышлением, воспитанным на традиции второй половины прошлого века, постоянно теряют из вида, что их проекты, казалось бы, бесспорные с точки зрения рационального общественного поведения, упираются в эгоцентризм огромного массива субъектов общества. Субъекты общества вовсе не считают себя обязанными уважать кого бы то ни было, будь то себя или встречного. Огромные массивы решают под общественными лозунгами простую эгоцентрическую задачу: оставьте меня (и нас) в покое, они вполне готовы пожертвовать ради этого развитием общества, личным преуспеванием, материальными возможностями, не говоря уже о таких вещах, как образование и возможности передвижения. Они не видят никакого фундаментального смысла в верховенстве закона и честном личном поведении, в нравственной солидарности с другими, во взаимной помощи и т д. Сохранить простой и привычный порядок вещей для себя и вокруг себя - это подменяет всякую сверхзадачу.

Поэтому большинство в относительно бедном Уэльсе, получающем огромные сельскохозяйственные дотации от ЕС, проголосовало против членства в ЕС. Поэтому «выгодополучателями» либеральных движений против авторитарных и военно-полицейских режимов во многих случаях становятся не люди мирных и свободных взглядов, а новые диктаторы или преступная среда. И, кстати, поэтому американские «жлобы» (не только они, но они очень активно) голосовали за Трампа.

А среда с устоявшейся когда-то либеральной повесткой не имеет потенциала реагировать и изобретать. Она напоминает клуб, куда пытаются забежать разные люди и сообщить, что вокруг пожар и что его пытаются тушить, а в ответ спокойные охранники останавливают и выталкивают со словами: «сюда нельзя, у вас неправильный дресс-код».

***

И - поворачивая вопрос иначе - современным необольшевикам (так же, как и их историческим предшественникам) свойственно, - если к ним в руки попала историческая справедливость, ее использовать в хвост и в гриву и приспосабливать под собственные нужды, так, что потом мало не покажется никому из тех, кто «хотел лучшего».

ОТКУДА ИДУТ УГРОЗЫ?

Европейские послевоенные границы должны быть нерушимы в том виде, в каком они возникли в 1945-46 г.г. Можно сколько угодно сетовать, что это дает относительную свободу сепаратистам, настаивающим на отделении частей государств от большого целого, и даже на разделении напасти этнически и исторически сложных государств, и что одновременно безапелляционно блокирует по-бытовому справедливые попытки воссоединения близких народов, территорий, населенных одинаковым этносом, переход территорий из одной юрисдикции в другую. Но другого способа сохранить мир в Европе на по-настоящему длительную перспективу нет. начнется пересмотр «рисунка границ» - возникнет риск эффекта домино, сокрушительной победы бытового сознания над правовым.

(Воссоединение Германии - совсем особый предмет, поскольку, во-первых, речь бесспорно шла об исторических частях одной и той же страны, и, во-вторых, решение вопроса воссоединения было в руках внешних сил и им подконтрольно. И то, если вспомнить, проблема не воспринималась как полностью однозначная.)

Поэтому Северный Кипр, Приднестровье, Косово, Абхазия, Южная Осетия (а также, в некоторой степени, Донецк и Луганск) - это одно, а Крым - это существенно другая история. Не было бы формального присоединения - не было бы такой проблемы и такой необходимости искать решение. Нельзя создавать такие двусмысленные ситуации, которые еще вдобавок невозможно долго держать в состоянии неопределенности. «Замороженный конфликт» — неприятная, не лучшая, но довольно обычная мировая практика Но она возможна без крайне серьезных последствий, «в спокойном режиме» только тогда, когда неуважение к праву и к установившейся правовой традиции не поднялось на совсем новый уровень пренебрежения и тем самым вызывающего понижения правового стандарта. С Крымом получилось именно так.

Это не вопрос исторической справедливости, защиты одних от других, этнокультуральной близости, желания или нежелания людей: все это важно, но должно решаться иными способами.

Право и международные отношения не терпят огрызков сознания и переноса логики из дурных бытовых конфликтов: именно из спутанной логики и истеричного самоутверждения начинаются кризисы и войны. Там, где «взгляд обычного человека» берет верх над рациональностью и прозрачностью решений, тем более там, где господствует «раз им можно, то почему нам нельзя?» - приходится ждать беду и наблюдать за всем как за бочкой с порохом, в которой идут свои процессы, уже не зависящие от тех, кто думает чем-то управлять.

И это относится в равной степени и к вопросу Крыма, и к другим, самым разным ситуациям, относится к политическому менталитету Российской Федерации и отнюдь не только ее.

И вообще не видеть широкий отзвук собственных поступков — большая ошибка, чего бы это ни касалось.

Ошибки не одинаковы по уровню своего значения, но реальное соотношение бывает не сразу видно и понятно в нужной мере.

Если аннексия Крыма создает огромную проблему для легитимного развития России, то нерасследованная гибель людей создает огромную правовую и превосходящую все масштабы нравственную проблему как для российской, так для украинской государственности, для больших и малых общеевропейских институтов.